Слово о Первом Президенте

Великий мечтатель

Ардзинба стал лидером нации в самое трагическое для нас время. Тог- да же наши кабардинские, чеченские друзья говорили нам, что мы, абхазы, странный народ, в такое трудное, предвоенное время, они бы выбрали военного, генерала, но не ученого.

Как известно, каждый кавказец — прирожденный воин (позже Владислав Григорьевич и проявил себя бесстрашным полководцем), а нам, кроме этого, нужен был тот, кто обоснует и отстоит перед всем миром наше право на свободу, идентичность, независимость.

В начале 2000-х годов даже внутренние оппоненты иногда называли В. Г. Ардзинба и его правительство — правительством романтиков и мечтателей. А кем им было быть?!

Надо было быть великим мечтателем, чтобы принять вызов и сопротивляться такой превосходящей силе в 1992 году (не только против грузин, но и всего мира, в том числе и против значительной части собственных граждан, не веривших в победу и независимость). В истории Абхазии на рубеже двух веков Владислав Ардзинба останется как вели- кий мечтатель номер один.

Он знал, что то, что было вчера мечтой, сегодня можно сделать реальностью и восстановить историческую справедливость… За короткий срок он прошел со своим народом путь, на который обычно народы и государства тратят сотни лет. Это было спрессованное время: народ, в значительной своей части уничтоженный и изгнанный в ХIХ веке, живший после этого сто лет в колониальной системе, за 13 лет смог завоевать свободу, восстановить, заложить все основы государства, сохранить и защитить государство в период экономической войны, которая была не менее жестокой, не поступившись при этом национальными интересами. Из многочисленных достоинств, которые подчеркивают его незаурядность, хочется отметить, например, его отношение к женщине.

Сегодня, к сожалению, даже среди нашей политической элиты, мы встречаем мало мужчин, прощающих женщине ум. Он был другой - возвышая женщину, при встрече он подавал руку ладонью вверх. Его окружали сильные женщины — сильная мать, сильная супруга и такая же дочь. Еще говорят, да часто так и бывало, что мог перебивать пространные речи, сам, ставя за тебя вопрос и отвечая на него. А я еще помню его терпеливо выслушивающим, если даже ты был не прав.

Трагедия наша в том, что мы не умеем беречь, своих спасителей. Мы не знаем, где могила нашего предводителя Келешбея. Мы не смогли сберечь и не знаем, где захоронены останки любимца народа — Нестора Лакоба. Мы говорим о себе, что мы потомки великих Нартов. Нарты из зависти сами по- губили того, кто был среди них лучшим — Сасрыкву, героя, который много раз спасал их от неминуемой гибели. Да, в смутное время конца правления Владислава Григорьевича политические противники не могли его убить, тогда бы он стал святым, возвысив- шись на недосягаемый уровень. Но он все равно возвысился. Владислав был одним из тех немногих, кому при жизни ставят памятники, открывают музеи. Наше чувство вины перед ним неизбывно. Нам вместе с будущими поколениями придется отрабатывать вину и за гибель Тамары Шакрыл в 2004 году, и за отношение к нашему спасителю, и за его мученичество в последние годы жизни.


Возврат к списку