Слово о Первом Президенте

Дорогой мучеников

Он магнетически действовал на людей. Они ему поверили, он сплотил их. И была блистательная Победа в жестокой, кровопролитной, разрушительной войне. А потом… На обломках, руинах создавали нормативно-правовую базу и соответствующие структуры власти фактически нового государства.

…Он был великим, гениальным человеком с уникальным чувством юмора. Мог прочитать больше, чем написано; услышать больше, чем сказано; увидеть больше, чем зримо, сказать лучше всех. Зарубежные делегации выходили от него ошеломленные умом, знанием Владислава Григорьевича их стран, а также его уверенным спокойствием, достоинством во время встреч, переговоров и пресс-конференций.

Величие и простота удивительно легко сочетались в нем. Владислав Григорьевич светился изнутри, так заряжал нас, работников, своей энергией, что нам было легко и необыкновенно интересно работать. Иногда он вплотную работал с нами, предлагая формулировки к статьям законопроектов, так было и при разработке Конституции Республики Абхазия 1994 года. Период работы с Владиславом Григорьевичем я считаю самым счастливым в своей трудовой деятельности, очень горжусь тем, что работала с ним.

Трудно осознать, через какие невероятные страдания и испытания прошел Владислав Григорьевич в последние годы, годы тяжелой болезни. Почему он, в мирное время, обязан был идти дорогой мучеников, как древние философы? Прямотой суждений и критикой современников Владислав Григорьевич нажил себе противников. Некоторые отвернулись от него, когда он заболел, воспользовались его отсутствием на работе по состоянию здоровья в корыстных целях. Это — горькая правда.

Владислав Григорьевич Ардзинба останется в памяти каждого из нас, в памяти всего народа Абхазии, да и не только Абхазии, как величайший символ исторической реальности — свободы и независимости Абхазии.


Возврат к списку